 |
|
 |
|
|
|
|
Валерий Борщев – сопредседатель Московской Хельсинкской группы
В России широко обсуждается так называемое «санитарное дело», в рамках которого накануне московский суд признал виновной соратницу оппозиционера Алексея Навального Любовь Соболь. Ее обвинили в подстрекательстве к нарушению санитарно-эпидемиологических норм в связи с акцией протеста 23 января в знак солидарности с Навальным и приговорили к полутора годам ограничения свободы.
Эта мера предполагает запрет на выход из дома по ночам, посещение массовые мероприятия, а также выезд за пределы столицы и Московской области. Соболь назвала приговор «неправосудным». По ее словам, в деле нет никаких доказательств её вины.
Аналогичные обвинения были предъявлены другим соратникам и сторонникам Алексея Навального: Николаю Ляскину, Олегу Степанову, брату оппозиционного политика Олегу Навальному, Кире Ярмыш, главе «Альянса врачей» Анастасии Васильевой, Марии Алехиной (Pussy Riot), а также муниципальным депутатам Люсе Штейн, Дмитрию Барановскому и Константину Янкаускасу. Янкаускас – единственный, с кого все претензии сняли.
Сопредседатель Московской Хельсинкской группы Валерий Борщев рассматривает «санитарное дело» в рамках общей тенденции ужесточения отношения к инакомыслящим и протестующим. Как ему видится, действия властей направлены на искоренение протестов. «Однако Соболь все-таки приговорили к ограничению свободы, а не к тюремному заключению, – добавил правозащитник. – Так что пока еще остается некий зазор. Честно говоря, были серьезные опасения, что ее посадят».
Получившие массовое распространение ярлыки иностранных агентов, причисление ряда организаций к экстремистским без всяких на то оснований – это все звенья одной цепи, считает Борщев. По его словам, закручивание гаек производится по самым разным поводам: «Под прицелом уже не только правозащитники, религиозные организации, но и СМИ, журналисты. Это самое тревожное, что сегодня происходит в стране. Поле репрессий неуклонно расширяется. По-моему, это бездумная машина, которая крутится сама по себе. Она уже не ждет дополнительных команд, а работает по заданной инерции».
Мы живем в условиях автократии, и авторитарный режим предполагает четкое разделение между тем, какой закон и какие правила работают для самой власти, и что работает для оппозиции и граждан, сопротивляющихся насилию, утверждает сопредседатель Московской Хельсинкской группы. Пример с автозаками, набитыми во время пандемии людьми, лишнее тому подтверждение, подчеркнул он.
Источник: Руссская служба «Голоса Америки», 4.08.2021
